Родион Жеронкин, Whiteleads: «Под словом "медиаинфляция" рынок часто прячет собственную неэффективность»

— Мировой рынок мобильной рекламы быстро растет, но оценки его объема сильно различаются: одни аналитики говорят о $260 млрд, другие — более чем о $300 млрд, а отдельные прогнозы доходят до $400 млрд и выше. Как себя сейчас чувствует российский рынок мобильного маркетинга на фоне мирового роста?

— Смотря что сравнивать. По деньгам сравнение не совсем корректное: у нас другой медиаландшафт. Имеет смысл сравнивать не объемы, а сложность задач, которые рынок умеет решать. И здесь мы отстаем: после 2022 года из России ушла значительная часть качественного инвентаря. Рынок переключился на источники, которые не требуют высокого уровня работы с креативом, и постепенно начал терять навыки работы с передовыми рекламными платформами. 

При этом у нас по-прежнему есть сильные мобильные продукты, а отдельные команды продолжают работать на уровне мировых стандартов. Спрос на сложные решения есть, но предложение сузилось. Медиаландшафт в целом в последние годы стагнирует.

— Что принципиально изменилось в мобильном маркетинге за последние 3–4 года? Стал ли рынок более стабильным или наоборот?

— Если сравнить 2026 год с 2022–2023 годами, то с точки зрения самой системы российский рынок мобильного маркетинга, скорее, стабилизировался. Первые годы сопровождались сумасшедшим ажиотажем: все зарабатывали как могли и пытались собрать волшебное лекарство из всего, что попадалось под руку, — от семинаров о том, как работать с Managed In-App (управляемая реклама внутри приложений), до более хитрых схем закупки через DSP (Demand Side Platform — платформа для автоматизированной закупки рекламы на интернет-сайтах и в мобильных приложениях). 

Сейчас рынок, кажется, отрезвел. Появилось понимание, какие источники действительно работают, насколько ограничен качественный инвентарь и что никаких волшебных лекарств нет — нужно пахать над продуктом, креативом и самой закупкой. При этом нельзя рассматривать маркетинг отдельно от экономической ситуации: экономика замедляется, рекламодатели становятся осторожнее с бюджетами и жестче считают эффективность. Поэтому сама система стала понятнее и стабильнее, но работать внутри нее легче точно не стало.

Если посмотреть на рынок в цифрах, картина тоже довольно понятная. С 2022 года по 2025 год рынок DSP в России вырос почти на 190%. В 2026 году больше половины тех, кто работает с In-App (реклама внутри мобильных приложений), используют Managed-In-App-источники. Параллельно, по данным Fraud Score, доля фрода, то есть мошеннического трафика, в мобильной закупке в 2025 году составила почти 50%, средняя стоимость целевого действия за год выросла на 16%, а выручка мобильных агентств сократилась примерно на 14%. Одно с другим слишком хорошо рифмуется.

Рынок ушел туда, где закупка непрозрачна, и получил больше фрода и более дорогого реального пользователя. При этом я бы не сказал, что какие-то каналы стали менее эффективными. Скорее, менее эффективные инструменты стали гораздо популярнее. Механика у каждого своя. Managed In-App обеспечивает конверсии почти независимо от качества креатива, что уже вызывает серьезный вопрос к валидности такого трафика. DSP дает куда меньше прозрачности в том, где и как это покупается, OEM (Original Equipment Manufacturer — площадки, которые используют трафик внутри оболочки мобильных телефонов) позволяет получать больший объем дешевой аудитории, но с заметно худшим Retention (коэффициент удержания клиентов) и LTV (Lifetime Value — пожизненная ценность клиента). 

Главная проблема ровно там же, где и была: качественного инвентаря мало, и рынок постепенно теряет навыки работы с ним.

— В то время как мобильный маркетинг меняется, как бизнесу пересобирать свою работу с ним?

— Мобильный маркетинг стал сложнее: нужен глубокий уровень погружения в креатив, закупку, аналитику, работу с фродом. Кроме того, есть ASO (App Store Optimization — оптимизация магазина приложений), инфлюенс-маркетинг (маркетинг влияния), медийная реклама и другие направления. Держать планку одновременно во всех областях не получается ни у одной команды, поэтому подход 360 сегодня работает хуже всего. Дело не в самих агентствах, а в том, что широкий медиаплан и пул услуг приводят к потере глубины и создают иллюзию контроля. Поэтому бизнесу логично собирать стек из лучших специалистов в каждой категории и вместе с тем развивать собственную экспертизу. 

Здесь важно не путать два уровня. Выбирать сильного подрядчика под каждую компетенцию — правильно, а внутри самой закупки, наоборот, стоит сокращать количество переменных. Экономика замедляется, рисков, связанных с невалидным трафиком, стало больше, а цена бессистемных тестов выросла. Поэтому легких путей не осталось: каждый инструмент должен доказывать свой вклад в результат. 

— Если посмотреть на рынок в цифрах, то где сейчас есть пробелы и какие каналы стали менее эффективными? Где бизнес сегодня теряет больше всего денег?

— Первое место — невалидный трафик. Про него уже мы поговорили: Managed In-App, DSP и другие источники. Второе место — аукцион. Его механика устроена так, что вознаграждает вовлечение: чем лучше реагирует пользователь, тем дешевле он обходится. Поэтому слабый креатив — не эстетическая проблема, а дорогая конверсия. 

Мне здесь нравится аналогия с «Формулой-1». Можно собрать дорогую команду, нанять лучших механиков, инженеров, пилота, построить отличный болид, а потом выпустить его на трассу без колес. Примерно так выглядит закупка, когда бизнес вкладывается в продукт, аналитику, команду и медиабюджет, но выходит в аукцион со слабым креативом. 

По нашим данным, доля видеокреатива у топ-5 мобильных агентств составляет около 24%, остальное — в основном статика. У нас — 98%. Разрыв огромный, и он напрямую отражается на стоимости пользователя. Поэтому деньги сгорают не потому, что аукцион сам по себе дорогой, а потому, что бизнес заходит в него с инструментами, которые не позволяют его выиграть.

— Как звучит главный запрос рекламодателей к размещениям в мобайле сегодня?

— Сегодня у рекламодателей два основных запроса: прозрачность и эффективность. Однако с первым возникает парадокс: под прозрачностью рынок понимает две разные вещи. 

Первая — прозрачность результата: откуда пришел пользователь, насколько он качественный и подтверждаются ли эти данные информацией самого бизнеса. Вторая — прозрачность метода: доступ к кабинету, механике закупки и фактически к экспертизе агентства. 

Для нас обязательна первая. Именно на непрозрачности результата рынок уже обжегся. Мы полностью открыты в этом вопросе: источники известны, а качество аудитории сверяется с CRM (Customer Relationship Management — программа для автоматизации и контроля взаимодействия компании с клиентами). Со вторым все сложнее. Полная открытость метода означает, что закупкой фактически начинает управлять клиент. Тогда логично, что и ответственность за результат ложится на него. Агентство становится исполнителем чужого подхода, а ему при такой модели выгоднее обеспечивать объем, чем качество, особенно при оплате по агентской комиссии. 

У нас модель другая: мы работаем в собственных кабинетах и берем ответственность за результат на себя. При оплате по CPA (Cost per Action — стоимость действия) вопрос доступа во многом снимается: клиент платит за конверсии, а их качество может самостоятельно проверить в своем продукте. 

Поэтому, если коротко, мы отвечаем не за доступ, а за результат. Контроль над процессом не сделает привлечение лучше. В конечном счете бизнес платит именно за эффективность. Судя по тому, с какими крупными компаниями мы работаем, такой подход все чаще оказывается приемлемым. 

— По мнению экспертов, мобильная реклама в этом году существенно подорожает из-за законодательных ограничений, заставляющих рекламодателей переходить на российские системы аналитики. Поделитесь своими прогнозами по повышению цен и реальности для рекламодателей?

— Я не думаю, что смена трекера сама по себе влияет на стоимость закупки, поскольку он не участвует в аукционе. Его влияние, скорее, связано с качеством оптимизации и точностью атрибуции — то есть с тем, насколько корректно рекламодатель видит результаты. И здесь не буду спорить: отечественные системы аналитики заметно уступают в возможностях, однако непосредственно к стоимости показа они отношения не имеют. 

Что касается цен — та медиаинфляция, которую мы сегодня наблюдаем, далеко не всегда связана с экономикой, трекингом или проблемами инвентаря. В том же аукционе VK все еще можно покупать качественный трафик по приемлемой цене. Просто под словом «медиаинфляция» рынок часто прячет собственную неэффективность. Если большинство рекламодателей, приходит в один аукцион с однотипными слабыми креативами и примерно одинаковым уровнем закупки, средняя цена закономерно растет. 

Поэтому мой прогноз такой: средняя стоимость привлечения продолжит расти, но гораздо сильнее вырастет разрыв между игроками. У команд, которые работают с примитивной коммуникацией, привлечение заметно подорожает, а у тех, кто умеет выигрывать аукцион, рост цен будет минимальным. 

Разговор о том, что «рынок подорожал», скоро перестанет иметь смысл: стоимость будет расти для всех, но очень неравномерно. 

— Мы уже немного затрагивали тему фрода, вернемся к ней. Согласно оценкам AppsFlyer, финансовые потери от мошенничества в мобильном маркетинге превысили $17 млрд в 2024 г. Как рынок борется с фродом и в каком сегменте мобайла его больше всего?

— Если говорить о сегментах, я бы не стал выделять какой-то один. На мой взгляд, фрод никак не связан со спецификой конкретной категории. По отчетам Fraud Score видно, что в топ-5 на протяжении последних трех лет стабильно попадают развлечения, шопинг, навигация, но это скорее следствие массовости вертикалей. 

Что касается борьбы с мошенническим трафиков, рынок в основном пытается решать проблему уже постфактум. Логика получается странная: сначала идет закупка сомнительного инвентаря, а потом начинается попытка очистить полученный трафик. В Managed Inn-App это выглядит как поиски крупиц золота в угольной шахте. 

Мне кажется, лучший способ защиты — не покупать фрод. Какие источники несут невалидный трафик, рынку давно известно. Если сознательно ограничивать среду закупки, значительной части проблемы не возникнет. 

Второй уровень — глубокая аналитика трафика, данные трекера и СRМ, поведение пользователя после установки, Retention, платежи. Сам факт конверсии сегодня ничего не доказывает. Важно то, что пользователь делает в продукте дальше. 

— Поговорим теперь про вас. С 2026 года Whiteleads позиционирует себя как «система управляемого и масштабируемого роста мобильных продуктов». Если коротко сформулировать главный тезис нового подхода, в чем он заключается? 

— Чтобы отвечать на главный запрос бизнеса, эффективность, в условиях рынка, где места для неэффективных решений почти не осталось, мы не просто продаем трафик или набор услуг, а строим систему управляемого и масштабируемого роста мобильных продуктов. 

Ключевое слово здесь — «управляемый». Мы отвечаем за результат своими деньгами по CPA, а отвечать можно только за то, чем управляешь. Устойчивость дает не гибкость, а контроль. Он появляется, когда система намеренно ограничена. Мы делаем только то, в эффективности чего уверены, и не беремся за остальное. 

Нового в этом, честно говоря, меньше, чем кажется. Так мы работаем с основания Whiteleads. Изменилось не то, что мы делаем, а то, как мы это называем. Раньше это выглядело как набор наших ограничений, теперь понятно, что это и есть наш продукт.

— Из чего состоит модель? Почему именно эти элементы стали базой?

— Наша система состоит из четырех элементов, каждый из которых отвечает на простой вопрос: кого привлекать, как с ним разговаривать, где его найти и как масштабировать результат, не нарушив экономику. 

Первое — аналитика и стратегия. Мы ищем точку максимального спроса, наиболее емкий сегмент, востребованную функцию продукта и стимул, который приводит к действию. 

Второе — коммуникация. Найденные инсайты мы переводим в UGC-креативы (User Generated Content — пользовательский контент), задача которых — объяснить продукт, сформировать доверие и выиграть аукцион. 

Третье — инфраструктура привлечения. Здесь мы сознательно ограничиваем себя премиальными In-App-сетями (рекламные платформы, которые позволяют размещать объявления внутри мобильных приложений), соцсетями и поиском — средой, где понимаем качество аудитории и можем контролировать закупку. 

И только после этого переходим к масштабированию и оптимизации. Причем масштаб для нас — не количество установок в трекере. Мы сверяем данные с MMP (Minimum Marketable Product — система, которая помогает приложениям измерять эффективность кампаний по разным каналам) и показателями клиента, контролируем фрод, повторные покупки, а также удерживаем аудиторию. Если экономика выдерживает нагрузку, наращиваем объем. 

Почему именно эти четыре элемента? Потому что без них перформанс не работает. Можно найти правильную аудиторию, но не суметь с ней выстроить коммуникацию. Сильный креатив не поможет, если показывать его в источнике с некачественным трафиком. Низкая стоимость установки ничего не значит, если привлеченные пользователи не остаются в продукте. В результате без качественной оптимизации можно привлечь тысячи бесполезных установок.

— Почему один формат эффективнее комбинации?

— Я бы не сказал, что один формат эффективнее комбинации просто потому, что он один. Сама идея «комбинация всегда сильнее» — ошибочная. Каждый источник и формат требуют своей экспертизы, связки и подходов к креативу. Когда ты работаешь с десятью источниками, неизбежно уделяешь каждому меньше внимания: бюджет распределяется между ними, объем тестов снижается, а опыт накапливается медленнее. 

В итоге вместо сильной экспертизы в двух-трех направлениях получается средний уровень во всех. Поэтому в каждой части системы мы выбираем инструменты, которые лучше всего решают конкретную задачу. В коммуникации это UGC-видео, в закупке — премиум-In-App, соцсети и поиск с понятной аудитории и контролируемым инвентарем. 

Диверсификация имеет смысл, когда ты не можешь прогнозировать результат и распределяешь риски. Если результатом можно управлять, распределять риски не нужно — остается только распылять ресурс. 

— Как сегодня выглядит типичная ошибка рекламодателя в мобайле?

— Если говорить о крупнейших рекламодателях, одна из самых частых ошибок — тендер, в котором главным критерием выбора перформанс-подрядчика остается минимальная стоимость. Два агентства могут заявлять одинаковые KPI, но за ними будет стоять совершенно разная работа с креативом, источниками, фродом и качеством аудитории. 

Перформанс — это не товар, где два одинаковых предложения различаются только ценой. До старта кампании эту разницу по документам не видно. К чему приводит погоня за дешевым трафиком, мы уже обсудили: больше фрода, хуже аудитория и конверсия, которая прекрасно выглядит на бумаге и ничего не дает бизнесу. 

Поэтому я бы оценивал подрядчика не по тому, сколько стоит его работа, а по тому, сколько в итоге стоит качественный пользователь и что он приносит бизнесу, и платил бы не за работу, а за результат. Тогда стоимость услуг перестает быть отдельным предметом торга. 

В перформансе самая низкая цена в тендере очень часто оказывается самой дорогой стратегией.

— Что бизнес продолжает делать, хотя это уже не работает?

— Судя по статистике рынка, таких вещей довольно много. Например, бизнес продолжает использовать баннеры как один из основных инструментов коммуникации, хотя пользователь давно научился их игнорировать. Еще один пример — Managed-In-App-трафик: его продолжают закупать, несмотря на непрозрачность и высокие риски фрода. 

Также есть попытки получить полноценный перформанс от CTV (Connected TV — телевизионное устройство с подключением к интернету, которое позволяет зрителям смотреть видеоконтент) и подобных форматов, которые изначально гораздо лучше решают медийные задачи. Мне кажется, главная проблема здесь — инерция. Многие инструменты используются не потому, что их эффективность доказана, а потому, что они давно находятся в инвентаре агентств.

— По какой системе работает Whiteleads и как справляется с трудностями на турбулентном рынке?

— Наш главный ответ на турбулентность с 2022 года — внутренняя стабильность. Когда рынок становится менее предсказуемым, очевидная реакция — начать тестировать больше источников, форматов и услуг. Мне кажется это ошибкой, так как к внешней неопределенности просто добавляем собственную. 

Мы действуем наоборот: сокращаем количество переменных, углубляем экспертизу в управляемых направлениях. Поэтому все эти годы мы сфокусированы на UA. Одна компетенция, в которую вкладываешься годами, дает накопительный эффект, и каждый новый запуск опирается на сотню предыдущих. 

Внутри действует тот же принцип — только проверенные источники с качественной аудиторией, только UGC и никаких тестов инструментов просто потому, что они существуют на рынке или их хочет клиент.

У системы есть жесткие ограничения: собственные закрытые кабинеты, работа напрямую с рекламодателем, а не подрядчиком другого агентства, и оплата только за результат.

В общем, чем менее предсказуемым становится рынок, тем меньше хаоса мы допускаем внутри собственной системы. Считаю, что именно это помогает нам продолжать расти даже в такие тяжелые для индустрии годы.

— Эффективнее ли концентрация на одном формате эффективнее и не упускаете вы чего-то?

— В теории потенциал агентств с широким сплитом выше, поскольку они работают с большим количеством источников. На практике все иначе. Мы выбираем источники по емкости: важно, чтобы рост не упирался в потолок аудитории. Премиальный In-App и VK такую емкость имеют. 

За последнее время мы привлекли для целого ряда клиентов от 3 млн пользователей за год. Не думаю, что здесь нас что-то ограничивает. То, от чего мы отказываемся, — в основном источники, которые в любом случае не дали бы масштаба, зато дали бы фрод. Такой рост клиенту не нужен. 

Поэтому мы не считаем, что, отказываясь от неэффективных каналов, упускаем рост. Скорее наоборот: мы освобождаем ресурсы, экспертизу для тех инструментов, которые действительно умеем масштабировать. 

— Насколько UGC сегодня эффективнее привычных перформанс-каналов?

— UGC стал заметным перформанс-форматом еще в конце 2010-х, поэтому противопоставлять его привычным перформанс-каналам для меня странно. Он давно стал их частью. Просто после 2022 года российский рынок выпал из мирового тренда. Пока во всем мире росли TikTok, Reels* и Shorts, а короткие вертикальные ролики появлялись практически на каждой крупной платформе, у нас рекламных возможностей стало меньше. Рынок стал реже работать с видео и постепенно потерял часть экспертизы. При этом пользователь как потреблял вертикальный видеоконтент, так и продолжает. 

Если говорить про цифры, то, по данным последних креативных отчетов в AppsFlyer, UGC-видео показывает лучший IPM (Installs per Mille — метрика для измерения количества установок приложения на тысячу показов рекламы) для неигровых приложений на всех площадках. Формат хорошо удерживает внимание, позволяет показать продукт и сценарий его использования, а человеческая подача снижает часть недоверия. 

Однако здесь есть важное уточнение, потому что UGC-Like-креативы сейчас начинают делать многие. Мы говорим не о блогерах и охватах, а об инструменте управления коммуникацией внутри перформанса: какие смыслы работают для конкретного сегмента, какой должна быть структура ролика, что тестировать и почему один креатив выигрывает аукцион, а другой — нет. 

При этом UGC не выгорает от масштаба: можно производить тысячи разных креативов и продолжать находить работающие связки. Поэтому почти всю коммуникацию строим на UGC-Like-креативах. Не видим смысла возвращаться к баннерам или моушен-форматам, если видео показывает лучший результат.

— В каких сферах UGC и перформанс-фокус работают лучше всего? Какие метрики вы считаете главным доказательством того, что модель работает?

— Проще начать с того, где UGC работает хуже всего. Например, люкс — из-за узкой и специфичной аудитории, тревел — из-за долгого и неимпульсивного принятия решений, и игры — потому что там решает демонстрация геймплея. Это другой тип продакшена, и в нем мы сознательно не конкурируем.

Подход хорошо работает для массовых продуктов с понятным целевым действием, где решение принимается достаточно быстро и продукт можно наглядно показать. Сильно помогает и социальный или эмоциональный триггер. Сюда попадают социальные сервисы: навигация, такси, агрегаторы, вакансии, знакомства. В центре таких продуктов — люди и их потребности, поэтому коммуникация через другого человека звучит убедительнее.

Дальше идут развлечения: соцсети, стриминги, лотереи, ставки. Здесь решение принимается эмоционально и быстро, а видео передает эмоцию гораздо лучше статики — например, радость от выигрыша или удовольствие от музыки. Хорошо работает доставка еды и электронная коммерция: видео позволяет лучше показать сам продукт, товар и его свойства.

Отдельная большая категория — утилиты, включая ИИ и здоровье. Они решают конкретную задачу, и видео позволяет наглядно показать, как именно. И последнее — финансы. Здесь главный барьер — доверие, а больше всего люди доверяют другим людям. Это, пожалуй, самая недооцененная для UGC вертикаль. Интуитивно кажется, что финансовому продукту нужна серьезная подача, а на практике хорошо работает человеческая.

Что касается метрик, то объем и стоимость привлечения важны, но сами по себе они ничего не доказывают. Большой объем и низкая стоимость установки еще не означают успех кампании. Главное — что происходит с пользователем внутри продукта: покупки, подписки, стоимость первого и повторного целевого действия, LTV, ДРР. Здесь уже видно качество когорты. Данные из MMP по возможности сверяем с показателями CRM (Customer Relationship Management — программа для автоматизации и контроля взаимодействия компании с клиентами) клиента.

Есть и метрики, по которым мы оцениваем сами себя. Это количество сильных продуктов в портфеле, готовых к масштабированию, доля, которую мы занимаем в их перформанс-бюджете, и срок сотрудничества. Тендерных клиентов среди них единицы. То есть люди остаются с нами не из-за формального отбора, а потому, что видят результат. Когда компания работает с тобой годами и ты становишься для нее ключевым UA-партнером, это, мне кажется, и есть главное доказательство того, что модель работает.

— Ваша модель строится на ограниченном пуле надежных источников и одном доминирующем формате — UGC-видео. Зачем сознательно ограничивать себя в выборе форматов и как на это реагируют клиенты?

— Мы отвечаем за результат деньгами. А отвечать можно только за то, чем ты управляешь. Так что это не самоограничение ради принципа, а условие, без которого модель не работает. 

Интересно, как за последние пять лет изменилось отношение клиентов. Все это время мы приходили на рынок примерно с одним и тем же предложением и довольно узким набором источников. В начале даже компании среднего размера постоянно спрашивали, какие у нас есть уникальные источники, просили добавить «классические» креативы и расширить медиасплит. Сегодня ситуация сильно изменилась: крупнейшие игроки, в том числе продукты «Яндекса», «Сбера», Wildberries, уже понимают наш подход и готовы работать именно в этой модели.

Мне кажется, дело прежде всего в том, что у них появились сильные инхаус-команды. Они сами прошли через тесты «уникальных» источников (в кавычках) и увидели, чем это заканчивается. Когда клиент разбирается в закупке, вопрос о расширении сплита обычно отпадает сам.

Поправки на цели бизнеса, показатели эффективности и Tone of Voice (стиль коммуникации), конечно, остаются, но и их с годами становится меньше.

— Предлагаю в конце нашего интервью немного пофантазировать. Как будет развиваться рынок мобайла в ближайшие несколько лет, предположим, до 2030 года? И какое место вы в нем займете?

— Начну с того, что произойдет в любом случае. В ближайшие 2–3 года сильнее всего на мобильной маркетинг повлияет ИИ — и в аналитике, и в создании контента, и в самих источниках привлечения. 

В этом году мы выпустили совместное исследование с «билайном», которое показало, что пользователи уже готовы к ИИ-контенту в рекламе. Если он остается искренним, эмоциональным и живым, люди чаще всего не воспринимают его хуже обычной съемки. 

Нас регулярно спрашивают, не обесценит ли ИИ работу с UGC. Мне кажется, наоборот — он удешевляет производство, но оно никогда не было главной сложностью. Вся фишка этих видео в том, что они снимаются на мобильный телефон. Сложность — в том, какую идею ты производишь и как управляешь коммуникацией. ИИ пока слаб в абстрактном мышлении и генерации действительно сильных идей, поэтому конкуренция сместится в сторону идей, а для нас это, скорее, хорошая новость. 

Дальше есть развилка, и она зависит не столько от рынка, сколько от медиаландшафта. Если он сохранится в нынешнем виде, все продолжит развиваться примерно в рамках сегодняшних трендов. Если в Россию вернутся крупные международные источники вроде TikTok, рынок изменится очень быстро. Игрокам, которые последние годы работали в довольно примитивном медиаполе, не развивали экспертизу в современной закупке и креативе, придется тяжело. Думаю, часть из них этой конкуренции не выдержит. 

Что касается нас, Whiteleads, мы хотим претендовать на лидерские позиции по объему перформанс-бюджетов в России и сохранять лидерство в эффективности. Еще одна амбиция, менее очевидная: мы хотим изменить то, как бизнес вообще работает с мобильными агентствами. Доказать, что агентство может отвечать не за доступ к своей кухне, а за результат, — и отвечать за него деньгами.

Доверие к агентскому бизнесу за последние годы сильно просело. Наша цель — вернуть его обратно.

*Продукт компании Meta, признанной экстремистской и запрещенной в РФ.